Вопреки Булгакову, рукописи горят. Кроме самих текстов нужна ещё и судьба. Вот, скажем, «Виктор Вавич» Бориса Житкова. Если бы у этого романа была судьба, он занял бы нишу между «Тихим Доном» и «Живаго». Теперь он станет, может быть, лишь темой диссертаций. (Андрей Битов)

Это лучшее, что написано когда-либо о 1905 годе. Какой стыд, что никто не знает эту книгу. Я разыскал вдову Житкова и поцеловал её руку. (Борис Пастернак)