Н.Варсегов: Мое первое утро в Сиднее началось с кошмара. Прямо под окнами раздались чудовищные, пронзительные крики... Схватив вчерашние пассатижи и выбежав в трусах на балкон моего первого этажа, я увидел нескольких препротивного вида птиц, кои, как выяснилось, и верещали на лужайке перед отелем. А смущенные моим видом женщины вынесли на тарелочках этим тварям нарезанные фрукты.
- Из берданки по ним! - предложил я женщинам.
- Гуд монинг, мистер, - сказали дамы, улыбаясь рекламно.
- Кукабарра, - сказала одна, указывая на птицу.
- Кукабарра с утра не есть хорошо, - заметил я. Потом, натянув штаны и фальшивую улыбку на обозленное кукабаррой чело, я опять вышел к дамам, закуривая цигарку.
- Ноу! Ноу смог! - заголосили женщины и еще что-то типа, мол, кукабарре вреден табачный дым!... И так потом каждый день - в пять утра истошный крик кукабарры, и несчастные сонные женщины, повинуясь инстинкту жалости, выносят ей приготовленные с вечера плоды, не забывая поприветствовать и меня: «Бонжур, месье!»... После мне рассказали, что кукабарра - птаха очень даже не глупая. Раньше она водилась за городом и питалась змеями. Поймает змею за голову, поднимется с ней высоко в небо и бросает на камни. Потом поняла, что проще добывать корм, давя мерзким криком на сознательность австралийцев, и почти целиком поселилась в городе. Оттого теперь в буше змей - ступить некуда!