Нашу поликлинику сделали доступной для людей, которым трудно передвигаться. Об этом и в местной газете написали, ставили в пример другим медучреждениям.
Доступность выражается в том, что у крыльца поликлиники поставили щит с надписью обычными буквами и шрифтом Брайля: «Адаптировано для всех категорий инвалидов». Крыльцо – семь ступенек; у двери кнопка с условным изображением человека на коляске. А пандуса нет.
Дедушка-охранник сказал: «Ищите людей, пусть заносят».
У лифта ярко-жёлтая наклейка: человек на коляске, стрелочки вверх и вниз. И подписано: "Лифт". А лифт не работает. Четыре этажа. Рентген, УЗИ, физиокабинет – всё на четвёртом. Терапевт, невропатолог – ещё, может быть, спустятся осмотреть неходячего пациента. А окулист, со всем своим оборудованием? «Ищите людей».
Заведующая на мои слова, что вывеска, стало быть, – ложь, ответила: «Почему же ложь! Все ведь знают, что лифт у нас не работает! Тринадцать миллионов надо, их не выделяют».
Все знают… Значит, если все знают, что ложь – это ложь, то… ложь перестаёт быть ложью?..
Выписываюсь из роддома. Молоденькая врач сурово инструктирует, чего нельзя делать дома (словом «дома» она называет всю послебольничную жизнь, в которой уже не будет за меня отвечать).
– Дома два месяца половой жизнью не жить!
Мне смешно. Спрашиваю:
– А где же ею и жить, как не дома?
Врач, ещё строже:
– Я не сказала «не жить дома»! Я сказала – половой жизнью дома не жить!
Я уже хохочу, врач совсем нахмурилась. Так и не поняли друг друга.
Критерий оценки нормальности
В автобусе у меня за спиной звучит интересный диалог. Вернее, половина диалога: девушка говорит по телефону.
– Я вот что заметила: у кого маленькие собаки – они все слегка ненормальные. … Ну да, у кого большие – те тоже ненормальные. … А у меня собака средняя, я нормальная. … Согласна, раньше я тоже была не совсем нормальная, потому что она была маленькая.
Сейчас, под действием обезболивающего, мне это кажется анекдотом; а вам, боюсь, не смешно будет.
Сижу с рукой в приёмном отделении скорой помощи, жду снимка.
Рядом врач опрашивает пациента. Я слышу:
– Доктор, вот здесь у меня болит, а после дефекации боль становится нестерпимой.
Ответ врача (врача!):
– Дефекация – это что, посрать, что ли?
– Ну… да.
– Ну и чего выпендриваешься, так и говори.
Это было бы смешно, когда бы не было так грустно…
– Шефша поручила найти администратора торгового зала. Я сказал одной знакомой: «Мне девушка нужна. Хозяйственная, неглупая, неконфликтная, приятной внешности… ты таких не знаешь?» Зашмыгала носом, убежала. Кто их поймёт, этих баб…
Вся автобусная остановка заплёвана семечными кожурками, я стою в стороне.
Появилась женщина с сыном-подростком. Они придирчиво оглядели лавочки, брезгливо поднимая ноги, прошли на относительно чистый пятачок, уселись и достали пакет семечек.
Жена:"Найди мне в интернете рецепт пирожков с мясом".
Я: "У тебя смартфон с голосовым набором. Нажимаешь вот на этот красный кружок, говоришь "OK Google" и спрашиваешь всё, что нужно".
Жена: "OK Google, будь так добр, если тебе не трудно, не мог бы ты подсказать мне, пожалуйста, какой-нибудь рецепт вкусных пирожков с мясом, чтобы всем понравилось... Почему он ничего мне не показывает?"
Я: "Потому что охренел от такой вежливости".