К нам в наркологию пришёл пациент - наркоман. На мой вопрос, есть ли у него ВИЧ или гепатит, он ответил, что нет, потому что кололся только чистыми, одноразовыми шприцами, однократно, и не подбирал чужие, что он в этом смысле "ни-ни". На что я сказала, что он молодец, что так заботится о своём здоровье!
Я в детстве каждое лето летала из Ленинграда на юг к бабушке и дедушке. И вот однажды мы в самолете вместе с мамой. Мне еще года четыре было, не больше. И я едой перемазалась. Мама достает платочек из красивой мягкой ткани вытереть мне мордочку. Темно-зеленые листочки, мелкие полевые цветы, прикасается - как ласкает! Тут я на весь самолет с восторгом - голос у меня был звонкий:
- Мама! Это же платочек из папиных трусов!!!
Мама в ужасе:
- Леночка, ты что! Что ты за ерунду говоришь!
Я повышаю голос - правда-то на моей стороне, я знаю:
- Мама, да что ты, это же правда платочек из папиных трусов!
Мама не знает, куда деваться. Парашют не дали, и вообще хотелось бы все же добраться до Одессы. Пытается меня утихомирить:
- Зачем ты говоришь такие неприятные глупости! Замолчи сейчас же!
Я в совершенном расстройстве чувств: мама обманывает! Такого же не бывает, родители всегда говорят правду! Мама обижает меня, когда я ни в чем не виновата! Я же помню, папа в таких трусах утром в ванную шел!
- Мама! Я точно знаю! Это платочек из папиных трусов!!!
Тут мама догадалась, что лучше больше эту тему не обсуждать. Я умолкла, только тихо всхлипывала, как-то мы долетели. А дело было вот в чем. Во времена дефицита вдруг посчастливилось неплохую ткань купить, и бабушка из нее нашила чего-то, в том числе папе трусы, а маме платочки...
Владимир Басов вспоминал, как молодой Олег Янковский, снимаясь у него в "Щите и мече", переживал из-за того, что фильм снимали не линейно, эпизоды не в хронологическом порядке, а как получится...
У Янковского это - первый фильм, весь он такой важный, звезда Саратовского драм.театра, воспитанный на старых театральных традициях...
Подошел к Басову - и строго спросил:
- А как же СВЕРХЗАДАЧА?
На что Басов ему, смеясь, ответил:
- Ты, блядь, играй, а сверхзадачу я тебе смонтирую!
Был у нас в коллективе один дядька, пришедший к нам из строительно-монтажно-наладочного управления (СМНУ).
За дядькой закрепилось прозвище – Кузьма. Прозвище приклеилось намертво и никто уже на называл его по имени Владимир. Вообще как положено Кузьме, дядька был не дурак выпить и соответственно обожал слабый пол во всех его проявлениях, в связи с чем и приключилась с ним последующая коллизия. Далее история от первого, так сказать, лица.
Работала у нас в СМНУ инженер сметчик – Вера, девушка в полном так сказать соку. Многие ребята подбивали к ней клинья, но вот как-то не шибко получалось. Я тоже на нее поглядывал, да как-то побаивался подойти, уж больно многих она отшила. И тут как-то подходит она ко мне и говорит – Володя, ты не мог бы прийти вечером ко мне – повесить полочку. (Тут мы немного перенесемся в наше время для молодого поколения – в те времена, если дева звала тебя повесить полочку – это тоже самое что если сейчас девушка приглашает тебя переустановить виндоуз).
Отчего ж не повесить, повешу конечно – а что там за стена?
- Ну бетон конечно!
Надо сказать, что тогда перфораторы в каждом магазине не валялись, но в монтажном управлении была замечательная штука – монтажный пистолет (ПЦ), который категорически запрещалось выносить за пределы стройки, но... молодо-зелено.
Вечером, я в лучшей своей одежде с строительным пистолетом в сумке заявился к Вере.
На короткий стук Вера открыла сразу, легкое платьице и макияж делали эту и так красивую девицу и вовсе неотразимой. На столе в комнате я увидел бутылку белого аиста и пару рюмок. Вечер обещал многое, оставалось только разделаться с полочкой.
- Куда вешать?
- Вот сюда. - Вера указала мне место и приблизительную высоту.
Я замерил полочку и отметил на стене карандашом места для дюбелей, вытащил ПЦ, приставил к стене и произвел выстрел. Убрав пистолет от стены и собираясь зарядить по новой я обнаружил, что дюбеля нет... Вместо дюбеля в гипсовой стене красовалась дыра...
Мне не верилось что инженер сметчик отработавший несколько лет в монтажке не мог отличить бетонную стену от гипсовой, но ...
- Кто живет за стеной?
- Бабуля с внуком.
В голове появилась картина – мертвая бабуся на полу и маленький внучок рядом.
- Внук маленький?
- Да нет, 25 ему, в милиции работает. ..
Картинка с мертвой бабусей сменилось картинкой с тюремной камерой, где стоял я обритый налысо. Я рванул к двери. На площадке было тихо, я постучал в дверь к старушке, с замиранием сердца прислушиваясь к шорохам. Раздались шаркающий шаги, я выдохнул.
- Кто там?
- Соседи.
Дверь открыла старушка – божий одуванчик.
- Что ж вы так сильно гвозди забиваете, аж дырку сделали в стене.
Внука дома не было, иначе бы он сразу сказал каким «молотком» я сделал дырку.
- Дайте глянуть, сейчас все заделаем.
Пока старушка показывала мне отверстие в стене, я углядел и быстро подобрал дюбель лежавший у противополжной стены. К счастью у бабули был кусок обоев, а у Веры нашелся алебастр и клей. Никогда до этого я так быстро не ремонтировал стены. Еще раз извинившись я вернулся в квартиру Веры. Настроения не было, Вера уже не манила как прежде.
Собрав инструмент и так и оставив не повешенной полочку я быстро направился к выходу.
- Володя, может коньяку выпьешь?
И тут меня наконец прорвало.
- Знаешь что, Вера? Иди ты со своим коньяком в жопу!
И хлопнул дверью.
По рассказу одного знакомого доктора.
Каждый из врачей, работающих в поликлиниках сталкивался с такой персоной как: - "Я все сама знаю, а ты тупой, и я тебе расскажу как меня надо лечить". При этом эти персонажи "прописываются" в поликлинике и ходят туда чуть ли не каждый день.
Так вот однажды такая пациентка вывела из себя уважаемого доктора в годах. Доктор, к слову сказать, был сама обаятельность и вежливость. Пациенты всегда (ну или почти всегда) были ему искренне благодарны. Доктор, задолбавшись слушать "персонажа", её бесконечные "кругом все воры врачи, никто лечить не умеет и не хочет", - не выдержал и откровенно послал на х#@. Особу естественно возмутило до глубины копчика такое высказывание и она сразу же побежала с жалобой к главному врачу. Примерно такой диалог состоялся в кабинете главного:
Особа, с порога переходя на ультразвук: - Вы знаете, что ваш врач К себе позволил?!
Главный врач невозмутимо: - Простите, но я абсолютно уверен, что доктор К ничего предосудительного сделать не мог, - это ж доктор К!
Особа, запинаясь от захлёствующих чувств: - Этот ваш К... Он... Он... Он меня на х#@ послал!!
Главрач в ответ удивленно-возмущенно: - И Вы решили что это ЗДЕСЬ?!
Когда мы с братом были маленькие, мама чем-то заболела и попала в Боткинские бараки. И вот ведет нас папа домой после садика, а мы клянчим у него жареных пирожков с тележки на улице:
- Вы что хотите, как мама, в больницу загреметь?!
На следующий день мы всем в садике со знанием дела рассказывали, что мама попала в больницу, потому что объелась жареных пирожков.
Как-то осенью, навестив родственников в Луге (под Питером), мы привезли с собой много ягод и яблок. Мама и папа после работы тащили домой сахар килограммами и варили варенье по вечерам.
А в садике, как раз в это же время, в рамках анти-алкогольной компании нам с братом в подробностях рассказывали, как распознать нарушителей закона, которые гонят самогон или домашнее вино.
Через пару дней воспитательница предупредила наших родителей, что мы их слили как злостных самогонщиков, которые носят домой сахар мешками и что-то химичат на кухне.
Дело было в школе, я плоховасто себя чувствовала, но как настоящий пионер не жаловалась и продолжала ходить в школу. Потом мама загремела с гепатитом А в Боткинские, а я продолжала ходить. Пока в школе на меня не обратила внимание медсестра, не посмотрела ласково в мои желтые глазки и не отправила с мигалками к маме под бок.
Положили меня во взрослое отделение, раз уж мама уже там.
Скукотища.... от нечего делать я стала придумывать стихи про остальных обитательниц палаты. И все радовались моим успехам, пока я не выдала самой худой и желтой девушке: "Тетя Лида — панихида", жутко довольная шикарной рифмой. На этом моя поэтическая карьера и закончилась.