Внезапно вспомнила одну историю. Я куда-то ездила, по дороге купила тортик. Вацлавский. Он по форме не классический круглый торт, а как бревно — прямоугольный. Захожу в автобус. А я была в фб подписана на группу какую-то, они выкладывали нюдсы разной степени исторического или арт значения. Ну не просто голожопых, карочи, а что-то интересное. И вот я стою в автобусе, свободных мест нет. Я взялась за поручень около двери. На этой руке висит пакет с тортом, а в свободной телефон — разглядываю фото пляжного волейбола на нудистком пляже каких-то 70-х.
И ладно бы просто голые
У одного мужика eлдина (по другому не назовёшь) до колена!
Я такое первый раз в жизни!
Ну и стою разглядываю
Увеличиваю
Тру глаза
Сглатываю
Размышляю о том, был ли в 70-ые фотошоп. Ну и вообще… Как он с таким в театр, например, ходил… Или все по пляжам больше.
А рядом обычный такой автобусный контингент: бабки, усталые путницы средних лет, не видевшие хyев последние лет 10, работницы ЖЭКа, не видевших хyев вообще кажется никогда в жизни, пропитые мужики с маленькими хyями (я без осуждения, мал золотник да дорог, а вот пьянству бой). Уверена, что в тот день именно такие и подобрались.
А я тут понимаешь увеличиваю то, что и так уже природой увеличено донельзя. И как-то жмусь к этой двери, чтобы поменьше возбуждать весь этот контингент, чтобы через плечо не заглядывали. Ну короче, забилась в угол. Но фотку героически не закрываю. Уж больно потрясает моё скромное воображение. И тут дверь открывается. И прихлопывает торт! Делает его ближе к классическому — почти круглым. Я вспоминаю, что я мать. Вскрикиваю русское народное слово. Пытаюсь вытащить то, что осталось от торта.
Так меня наказал господь за разглядывание хyев. Больше я этим не занимаюсь! Честное слово!
ПыСы Что я делаю сейчас? Ищу это фото в гугл. И знаете, что я хочу сказать… хорошо, что у меня нет торта.
Elena Repetur
Я был школьником, это 90е годы, и у нас была медсестра в школе, преклонного, как мне казалось, возраста. Но добрая и очень опытная. Бывает делают в медкабинете инвентаризацию и всех школьников опрашивают, кого как зовут. Ставят на линейку, рост измерять. На весы ставят. Но это молодая медсестра. А пожилая спрашивает: ты сколько весишь. Я отвечаю: столько-то, она пальцами пальпирует позвонки чуть выше и около поясницы и говорит, да, вес такой, но чуть меньше я бы сказала.
Встаю на весы и действительно как она назвала цифру, столько весил.
Вот что за опыт и знания такие, кто скажет?!
А в кабинете зубного, в школе, была падла, сука, блядь зубастая. Чтоб ей в аду самый жуткий котел достался. Выбирала школьников, да тренировалась зубы сверлить. Одному моему однокласснику десну распорола, другому как-то насквозь просверлила. Улыбалась когда (если это улыбка) я обращал внимание на зубы и мне казалось у нее как у акулы они.
Я иногда посещаю нашу университетскую столовую, причем не столько, чтобы поесть, сколько, чтобы поразвлечься.
Вот как-то раз захожу и на вопрос раздатчицы «Что Вы будете есть?» отвечаю:
- Мне, пожалуйста, фрикасе из кур, фруктовый смузи, черничный пирог и английский пудинг.
Раздатчица с невозмутимым лицом:
- Значит, так… Вот Вам – куриная котлета с гречкой, компот из кураги, пирожок с яблоком…
Затем она как-то устало на меня посмотрела и добавила:
- А вот пудинга… пудинга сегодня нет.
Людмила Петрушевская, драматург и писатель, рассказывает:
"Вот какая случилась трагикомическая история на похоронах великого Олега Ефремова.
Театр был переполнен своими, люди вереницей шли на сцену прощаться. А на улице у театра стояли огромной толпой. В зале было душновато, и вся обстановка сжимала сердца, и одному из актеров стало плохо. Я говорю о том, чего никто не видел - почти незаметно больного вывели, работники скорой ведь ездят на вызовы не в белых халатах.
А продолжение было - представляете? Из парадных дверей театра в город выносят носилки с человеком.
И толпа начинает плакать и аплодировать!
Многие впервые участвуют в такой траурной церемонии. Люди неопытные и взвинченные. Думают, что вынесли Ефремова.
И человек с носилок в ответ поднимает руку в знак приветствия (Это был замечательный артист Игорь Ясулович).
Тут бы чувствительным зрительницам впору было бы и упасть в обморок: Ефремов ожил!
Никто ничего не мог понять, но проводили скорую бурными аплодисментами. И, ничего не соображая, разошлись. Переулок опустел. А я вот свела концы с концами и написала. Не может быть, что я одна поняла, что произошло в зале и у парадного подъезда. Или может..."
Жена была по делам в офисе газовой компании, что наши дома обслуживает. Получила талончик (типа круто -- "Электронная очередь"), села на свободный стул. Тут вызывают очередного клиента, к окошку рядом с ней подходит солидный мужчина (М), начинает что-то говорить женщине-сотруднику (Ж), та начинает отвечать, забыв выключить громкую связь, так что все слышат
Ж: Для решения Вашего вопроса потребуются следующие документы (следует перечень)
М (достает папку): Вот справка, что в указанной квартире прописан только я.
М: Вот справка, что моя жена прописана по другому адресу
М: Вот справка, что моя дочь прописана по другому адресу
М: Вот справка, что в указанной квартире больше ни одна обезьяна не прописана
Ж (не сдерживаясь): Вы издеваетесь!!!!!
М (так же громко): Нет, это ВЫ издеваетесь. Все эти данные есть у Вас в базе, нужно только сделать запрос, а не заставлять простых людей бегать и собирать никому не нужные бумажки!!!!
P.S. Чем дело закончилось, жена не услышала -- ее вызвали, да и громкую связь отключили...
Меня пацаном отправляли летом на Украину в Сумскую область к дяде и тете моей матери. Они в войну потеряли двух сыновей и были очень рады, когда я у них жил.
Так вот в один год там в колхозе случилась "беда" – выдался рекордный урожай пшеницы. Не хватало рабочих рук его убрать. Меня подрядили на прицеп комбайна вилами грести и утрамбовывать солому. Когда прицеп наполнялся, нужно было особым рычагом открыть заднюю решётку и вывалить солому на поле. И не абы как, а ровными рядами так, чтобы потом удобно было сгребать солому тракторными вилами в большие скирды. Работа и физическая, и умственная! Я так проработал дней десять от зари до зари. Приходил домой усталый, но довольный и черный от пыли и грязи. Бабушка меня отмывала в корыте. А воду грела в огромном самоваре.
В конце уборки к хате, где я жил с бабкой и дедом, подъехал грузовик, с которого сбросили два мешка пшеницы. Это был мой первый в жизни заработок (трудодни), который оказался для меня дороже всего того, что я потом заработал... Бабка и дед всю зиму этим зерном кур кормили. У них была мизерная пенсия за двух погибших в войну сыновей – 20 рублей в месяц. Жили садом-огородом и живностью – куры, гуси, коза, поросенок... У деда была ещё пасека. О ней когда-нибудь тоже расскажу.
Happy Birthday, мистер Президент.
Я, конечно, не Мерилин Монро. Ну, судите сами — она красивая американская блондинка, я суровый лысый русский мужик. Но и мне однажды удалось поздравить главу государства с Днём Рождения.
Рассказываю, как было.
Стояла осень две тысячи второго года. В погожий осенний вечер я вышел из офиса и поехал на встречу с интересными людьми — в свободное от работы время я тогда участвовал в небольшом айтишном проекте. Спустившись в метро, я зашёл в вагон на красной ветке и уткнулся глазами в какой-то технический текст на карманном компьютере. Да, да! У меня уже тогда был карманный компьютер, без всех этих ваших андроидов и айфонов. Стою читаю, никого не трогаю.
Тут в противоположном конце вагона началось какое-то оживление. Я поднял голову, вижу — стоит оператор с камерой, а рядом с ним товарищ с микрофоном. В этот микрофон что-то вещает осажденный ими мужик, прислонившийся к поручню. Слов я за шумом подземки не слышал, и издали казалось, что какой-то очередной избранник показывает свою близость к народу в тесной атмосфере московского метро.
Однако, я ошибался. Поговорив с одним человеком, журналист и оператор пошли по вагону и стали искать новую жертву. Скромные, не склонные к публичности пассажиры шарахались от них как от нечисти. Так через минуту они добрались до меня.
«Можно, — говорят, — задать вам пару вопросов на различные темы?»
Ну а мне что? Ехать ещё несколько остановок, чтение может подождать, а тут целое телевидение передо мной стоит и смотрит просящими глазами.
«Валяйте, — говорю, — задавайте. Все расскажу, как на духу».
Начали издалека.
«Вы, — говорят, — знаете, какой праздник наша страна отмечает в начале октября?»
Я, сказать честно, за рабочим буднями тогда уже совершенно не помнил про какие-либо праздники, если трудовое законодательство в этот праздник выходной день не объявляло. А в начале октября внеочередных выходных не было. Напрягши мозг, я вспомнил про советскую конституцию, которая со школьных времен сохранилась в чертогах разума, и, уже потом, про День учителя.
Во про День учителя я им и объявил, приготовившись рассказывать про школьные годы чудесные, про первую учительницу и про то, что ЕГЭ нужно отменить вместе с гербалайфом.
Однако, мой ответ их не заинтересовал, и они тактично спросили: «А ещё какой?»
Подумав пару секунд, я честно ответил, что не знаю.
И тут обладатель микрофона с хитрым прищуром говорит:
«А знаете ли вы, что у нашего президента послезавтра День Рождения?»
А я не знал. Ну не был тогда Владимир Владимирович троекратным президентом и даты из его биографии были известны далеко не всем гражданам нашей Родины.
Сделав удивлённое лицо, я честно обозначил собеседникам свою неосведомленность и поздравил именинника, помахав рукой в камеру. Они спросили: «Чего бы вы хотели пожелать главе государства?»
Я, на секунду представив задачи, которые этот человек решает в масштабах страны, а то и всего мира, честно пожелал ему семейного счастья и поменьше работы.
Как вы сами видите, желатель из меня не очень хороший - забот у президента меньше не стало, а с семейным счастьем всё ещё сложнее.
После этого журналист переключился на вопросы про космонавтику, что в моем понимании с началом октября уж совсем никак не вязалось. К тому же двери вагона открылись на моей станции, и я, извинившись, ретировался.
За чередой забот я уже забыл про этот случай, но через пару недель мне про него напомнили. Встречаю на улице своего родственника, а он мне и говорит: «Видел, как ты Путина с днюхой поздравил. Круто!»
Оказалось, приехал он домой со смены поздно ночью. Лёг перед телевизором, чтобы уснуть побыстрее. И тут на каком-то сорок восьмом региональном канале видит меня с президентскими поздравлениями.
Вот так вот. А вы говорите, Мерилин Монро.