ПОЧЕМУ В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ МЕЖДУ ДОМАМИ НЕТ ПРОМЕЖУТКОВ
Когда строили город, всё происходило так же, как и сейчас - разгильдяйство и воровство. А тут вдруг стало известно о грядущей проверке. Ответственные за стройку стали тут же мозговать, как им сохранить голову на плечах. И придумали: построили показательную улицу. Точнее, это была дорога, а по обеим её сторонам две длииииинные стены, как декорации. Один дом заканчивался, и тут же начинался другой. За стенами не было ничего, а со стороны казалось "очень даже ничего так". Когда приехала проверка, вообще всё сделали очень красиво: по улице бегала всякая живность, играли детишки, в некоторых окошках торчали физиономии довольных псевдогорожан и т.д. В общем, прокатило :)
Увлекаюсь ролевыми играми живого действия и на очередном слете исполняла роль колдуньи, в чей образ входит длинный чёрный плащ, практически закрывающий лицо, и магический посох усовершенствованной версии - нажимаешь на хитро спрятанную кнопочку, и его набалдашник начинает, потрескивая, испускать зловещее сияние. Играли до самой темноты, чуть замёрзла и решила пойти домой, не снимая накидки. Уже на подходе к дому услышала гогот и жалобные просьбы какой-то девушки, чтобы её отпустили, не смогла пройти мимо и завернула в тот переулок. Увидела, как двое ребят гоповатой наружности зажали девочку лет четырнадцати. Натянула капюшон по самый нос и грубоватым голосом приказала им её отпустить, а для пущего страха стала постукивать посохом, включив спецэффект, и цитировать крылатые выражения на латыни, указывая в небеса свободной рукой. О, как они орали, да с какой скоростью бежали, до сих пор приятно вспомнить, жаль, что девчушку до икоты довела, за компанию, но, по-моему, лучше икать, чем стать жертвой насильников.
Свистел или не свистел
Еду я вместе с женой на машине по набережной Кутузова. Даже не еду а так, плетусь в пробке. Весна, солнышко, люк в машине открыт, птички чирикают. Проезжаю как раз мимо того самого дома откуда, летом 1812 года, прославленный фельдмаршал отправился к своим войскам в Действующую армию, навсегда покинув Санкт-Петербург.
Вдруг жена меня спрашивает:
- А ты чего не остановился? Тебе, вон, гаишник палочкой махнул.
А я его и не видел. Та часть лобового стекла, за которым гаишник был - в грязи. Дворники до того угла не достают.
- Ладно, - говорю, – проехали. И потом, одного сигнала жезлом не достаточно. Он же не свистел, значит и я останавливаться не обязан.
Тормознули меня уже около Троицкого моста. Проверили в машине всё: даже домкрат с аптечкой, и выписали штраф за неостановку по требованию сотрудника ДПС. Я не согласился со штрафом и, на следующий день, в первый раз поехал к ним в спецбатальон. Там, в течение месяца, я, и последовательно и параллельно, пообщался, сначала с инспектором, пытавшимся остановить меня на набережной, потом с инспектором, остановившим меня у моста, затем с их командиром взвода и, как вишенка на торте, с самим командиром батальона. Командира роты мне, почему-то, так и не показали.
Все они, и по отдельности и организованной группой должностных лиц, настойчиво и агрессивно объясняли мне, где "мое место по жизни" и как "на самом деле устроен этот мир". Советовали не маяться дурью, приставая к серьезным людям со всякими своими глупостями. Говорили, что хорошо бы мне устроиться на "нормальную работу", чтобы было чем заняться и куда пойти ещё, помимо их спецбата. Отвечал, что последние полгода я "нормально" поработал в двух океанах и восьми морях и теперь нахожусь в заслуженном отпуске. А делать мне всё равно нечего: не на море же мне ехать отдыхать?!
К сожалению, взаимопонимания у нас так и не случилось и расстались мы на сакраментальной фразе: «Встретимся в суде!»
Но я ошибся, в суде мы не встретились. Секретарь суда провела нас с женой в кабинет федерального судьи. За столом сидела довольно молодая женщина с красивым, но усталым и безразличным лицом.
- Значит так, - сказала она, почему-то обратившись к моей супруге. – Либо вы признаете себя виновными и оплачиваете штраф, либо мы выходим на процесс и я там лишаю вас прав на полгода.
- Но он же не свистел, – возразила жена.
- Я ознакомилась с рапортом лейтенанта ДПС и у меня нет оснований не доверять сотруднику полиции, – ответила судья.
- Я его видела! - не сдавалась супруга, обращаясь к судье. – У него даже свистка не было!
- Вы в этом деле лицо заинтересованное! – парировала та.
- Получается, показания двух законопослушных граждан менее ценны, чем рапорт одного лейтенанта? – возмутилась жена и добавила, – Кстати, мой муж тоже лейтенант.
- Полиции? – судья подняла на меня глаза.
- Нет, – говорю, - офицер запаса ВМФ. По ВУСу – командир штурманской боевой части надводного корабля.
Судья презрительно фыркнула.
«М-да, - почему-то подумалось мне. – Вот сейчас бы Петр Великий наверняка впал бы в свое знаменитое неистовство. Не уважают нынешние судейские его Андреевский флаг».
- Так! - судья повысила голос. – Вы признаете себя виновным?
- И он свистел? – уточнила жена.
- Свистел, - подтвердила судья.
Инкубаторское, то есть интернатовское воспитание, пионерское детство и комсомольская юность сыграли с моей супругой злую шутку. Жена вошла в ступор: признать, что сотрудник полиции свистел, означало соврать федеральному судье прямо в лицо, в здании районного суда, в кабинете судьи. Она так не могла.
- Но это же будет ложь! Лжесвидетельство! За это же срок дают?! - с гневом в голосе сказала жена.
- Дело у вас административное, а не уголовное. - пояснила судья. - Срок не дают, только штраф.
- Получается, мы соглашаемся с тем, что он свистел, а вы нам два штрафа выписываете: за неостановку и за лжесвидетельство? – уточнила супруга.
- Нет! – судья начала злиться. - Пусть ваш муж признает себя виновным и оплатит один штраф. Вы тут совсем не причем.
- Но это же неправильно! Мой муж ни в чем не виноват! – возразила супруга.
- Ни в чем не виноватых не бывает! – утвердительно произнесла судья.
Я вдруг вспомнил, как супруга рассказывала мне, что у них в интернате каждый день, ровно в шесть часов утра включалось радио, они вскакивали с коек и, вскинув руку в пионерском салюте, слушали Гимн Советского Союза. Такой жести не было даже у нас на первом курсе в Макаровке.
- Инспектор не свистел. - сказал я судье. - Гаишники, обычно, вообще теперь редко свистят. За всю свою жизнь я только раз слышал, как сотрудница милиции свистела, пытаясь остановить автомобиль, да и то в фильме Говорухина «Место встречи изменить нельзя». Её там всё равно потом грузовиком сбило.
- Решайте! – потребовала судья. - Штраф оплачиваете или на шесть месяцев остаетесь без прав?
- Ну, мне скоро в рейс, - размышлял я вслух. - Может, пусть лучше моё водительское удостоверение у вас пока полежит?
- Потом, при возврате, замучаетесь пыль по нашим коридорам глотать! – предупредила меня судья.
- Ну хорошо, давайте штраф, – согласился я, прикинув, что проще потратить сорок долларов сейчас, чем, не понятно сколько времени потом, после рейса, оставаться без своего водительского удостоверения.
Потрясающая дискуссия развернулась: хорошо ли убивать физиков?
Общественность, в целом, склоняется к тому, что - нехорошо.
А бульдозеристов?
Бульдозеристов - тоже нехорошо, хотя не так жалко, как физиков, конечно. Особенно если группа бульдозеристов идёт тебе навстречу в темном переулке, с твердым намерением зарезать тебя и твоих близких.
Тогда надо уточнить: вы бульдозеристы, что ли?
И угрохать их всех в рамках самообороны, с полным основанием.
А физик - он всего лишь помогает аятолле создать ядерную бомбу, которая уничтожит десяток миллионов евреев. Он учёный человек, он в очках и с высшим образованием, и просто так взять и прилететь из-за рубежа, чтобы его убить - совершенно, конечно, не комильфо.
Приятно иметь дело с интеллигентными людьми.
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ ПРОИЗВЕДЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШЕНДЕРОВИЧЕМ ВИКТОРОМ АНАТОЛЬЕВИЧЕМ.
Тайна женской логики раскрыта!
Женщина знает, чего она хочет, и хочет сманипулировать тобой, чтобы ты пришел к нужному ей выводу. Это как подбор отмычки. Когда ты скажешь ей, что её проблема решается простым и дешевым способом, она изменит условия задачи. Ты не будешь видеть связи между первоначальной проблемой и измененной версией и искать логику, но там нет логики решения задачи, там логика подбора открывающей комбинации - "ключа" к тебе. Она ищет, что нужно подать тебе на вход, чтобы получить нужный результат на выходе.
А что сделает женщина, когда ты захочешь ей что-то объяснить, то есть, подвести её к какому-то выводу? Она сменит тему. Возможно, раз 5 подряд, чтобы уж наверняка. Ты опять не поймешь, где логика, а это логика защиты от манипуляции, она воспринимает твои объяснения как попытку сманипулировать ею.