Знаете фильм "Ночь в музее"? Выпуск 2006 года. По роду работы мне
периодически доводится встречаться с группами коллег из разных стран.
Ну, и общаемся, конечно, не только на профессиональные темы.
Год 2006-07, месяц не помню. Бельгиец (страна строгих законов): "Кто
видел "Ночь в музее"? У нас скоро в продаже появится". Австралиец: "А
это про что?" Панамец (страна не очень строгих законов): "Я видел. У нас
пиратские диски уже появились". (А я не очень большой любитель
современного кино, вообще впервые услышал). Возвращаюсь через неделю
домой. Иду на ближайший рынок CD-DVD продукции. "Здравствуйте, а "Ночь в
музее" уже есть в продаже?" - "Нет, вы знаете, покупатели УЖЕ ДАВНО НЕ
ИНТЕРЕСУЮТСЯ, так мы уже и не заказываем"...
Есть у меня старая знакомая, ну не так, чтобы очень старая, ей за 50
немного, компьютер освоила недавно, а совсем недавно ещё и к Интернету
подключилась... И вот возникли у неё проблемы с антивирусом - и
англоязычный, и придирается не по делу - жалуется она.
Спрашиваю, что ж за зверь-то такой? Как называется.
- Антисептик, - говорит.
- Что-то не припомню такого антивируса, - отвечаю ей.
Она задумалась на некоторое время...
- То есть семантик!
В мае месяце, когда всякая инфузория расцветает и радуется жизни,
приятель мой Миша угодил в больницу. С небанальным для двадцатилетнего
оболтуса диагнозом: «Истерический припадок на фоне острого невроза». Я
очень удивился, ведь Миша делает по сто отжиманий и регулярно дышит
свежим воздухом. Не меланхолик, не мизантроп, не пьяница (сиречь не
ловит за хвост зелёного змия и не пьёт с чёртиками на брудершафт) –
откуда же проблемы с психикой?
Я, конечно, поспешил нанести ему визит. Миша сидел в постели, в
отдельной, очень белой палате, где из всей мебели были – кровать, тумба
и окно (между прочим, зарешеченное). Стараясь, по совету врачей, не
хлопать дверью и не топать ногами, я подошёл к другу и поразился. Миша
был не просто спокоен или умиротворён – он был благостен. Глаза его
светились так, как у нормальных людей никогда не светятся. Очевидно,
Мише успели насовать в рот много антидепрессантов. Медленно повернув
свою светловолосую голову, он вгляделся в моё лицо и узнал его. Затем,
жестом умирающей тётушки Кисы Воробьянинова, протянул мне свою руку.
Рука была тёплая, но словно бы неживая – у меня появилось странное
ощущение, будто я жму не руку, а нечто вроде сардельки.
- Представляешь, они убрали из палаты всё, чем можно убиться, - сообщил
он подозрительно добрым голосом. – Я даже пью из пластиковых
стаканчиков.
Миша? Убиться? Невозможно!
- Ты не бойся, - блаженно продолжал он. – Мне сейчас хорошо так, легко…
Как выяснилось, Мишу пытали. В студенческой общаге. Вдесятером. Сюжет
таков: поздним майским вечером Миша возвратился в общежитие с твёрдым
намерением выучить к зачёту по муниципальному праву 131-ый закон.
К несчастью, в комнате лежал и мучался мишин сосед по общежитию,
Ярослав. Он днём напился дешёвой водки и теперь утробно стонал. Перед
кроватью Ярослава стоял тазик. На улице в это же время рабочие шумно
укладывали новый асфальт. Они долбили дорогу; работали дрели,
асфальтодробильщик, сыпались матюки…
Миша поморщился, открыл закон и начал читать:
«Местное самоуправление составляет одну из основ конституционного строя
Российской Федерации, признаётся, гарантируется и осуществляется…»
- Ща начнётся!! – вдруг заорали за левой стеной. Одновременно послышался
шум стадиона – кто-то явно включил на полную громкость телевизор с
футбольным матчем. Миша вздрогнул, оторвался от закона и услышал:
«Зе-нит! Зе-нит!.. «Бавария» - ФУУУ!!»
Миша стал стучать себе по виску, дабы отогнать помехи, и сосредоточенно
учил: «Изменение границ поселений, влекущее отнесение территорий
отдельных входящих в их состав населённых пунктов к территориям других
поселений, осуществляется с согласия населения данных населённых
пунктов…»
- Ми-и-ша! – простонал Ярослав. – Мне плохо!
- И что я могу сделать? Я, что ли, палёную водку пил? – сердито буркнул
Миша, и продолжал зубрить 131-ый закон: «В случае, если принятие
муниципального правового акта, проект которого внесён в порядке
реализации правотворческой инициативы граждан, относится к компетенции
коллегиального органа местного самоуправления…»
Слева забили гол. «АААА! Погребняк!!» – завопили за стеной и затопотали
ногами. Миша вздохнул, поднял глаза, и только собрался читать, как
рабочие на улице врубили асфальтодробильщик: ТРРРРРРррры… ТРРРРРРррры…
«самоуправления… самоуправления… самоуправления…» - силился
сосредоточиться он.
- Миша, будь человеком, дай жвачку, - прохныкал Ярослав.
- Ярик, у ме-ня жва-чки нет, - сжав зубы, по слогам произнёс Миша.
- У меня в кармане куртки лежит.
Миша дал Ярославу жвачку и с трясущимися руками засел за закон. Буквы
прыгали перед его глазами, не желая собираться в слова. На стол села
муха; он перевёл на неё глаза и увидел, как муха чистит лапки –
передние, задние, снова передние…
Слева забили гол. «Зырянов!!» Стены затряслись в лихорадке, с полки
упала ручка и покатилась по столу. Она катилась и упала на пол. Миша
тупо смотрел на её перемещение, потом машинально нагнулся, подобрал её и
положил на прежнее место.
«Так, на чём я остановился… Нарушение срока издания муниципального
правового акта, необходимого для реализации решения, принятого путём
прямого волеизъявления населения, является основанием… основанием…
основанием… блин!.. основанием…»
Слева забили гол. Началась пляска за стенами ведьм и чертей. В стену
бухало, колотило, шандарахало. Ярика наконец стошнило.
Миша сжал кулаки и проревел:
- Козлы, козлы, козлы!! У меня завтра зачёт!
В ответ на это с улицы раздалось:
- Кончили перекур! За работу!
И раздалась знакомая трель: РРРРРРРРРрры… ЖЖЖЖ… За стеной бухало:
Бу-бух… Бу-бух…
Миша зажал уши ладонями и закричал, повышая голос: «ааааААААА!!!»
Через час приехал наряд скорой помощи и забрал бедолагу.
Зима в наших краях обычно снежная. Но один год в этом плане выдался
неудачным. Снег, если и выпадал, то тут же таял. А физруку, кровь из
носа, надо было провести кросс на лыжах, а результаты сдать. Звонит он в
вышестоящую инстанцию, а там ему советуют результаты вписать от балды,
мол, что поделаешь – форс мажор. Так он и сделал.
Через полгода к нему в спортзал заваливают люди. Мощные фигуры, сияющие
лица и все в костюмах, как на олимпийцах из сборной России. И с ходу:
- Ну, физрук, спасибо! Затаился здесь в глуши и клепаешь на чемпионов
для страны. Показывай своих орлов…
В общем, его данные от балды, оказались на уровне мастеров спорта
международного класса.
Стоит девочка в короткой юбочке, к ней медленной походкой подходит дядя. Руки в карманах. Дядя (хриплым голосом и с наглой улыбкой):- Привет, крошка.- Привет...- Пойдём за угол, я тебе карамелек отсыплю!Девочка (хлопает глазами):- Ой, правда?.Дядя (заговорщицки подмигивает):- Правда!Дядя вытаскивает одну руку из кармана, обнимает девочку и уводит за угол. Там останавливается. Некоторое время смотрит девочке в глаза, на губы, снова в глаза... Вытаскивает руку из кармана и действительно достает карамельки. Дядя:- На, держи!Девочка (презрительно):- Козё-ёё-ёл! Вот ведь развёл!!
Я уже с год как стала ходить в церковь. Муж, заядлый атеист, конечно,
против. Готовятся как-то раз они с сыном на рыбалку, я мимо прохожу и
невзначай замечаю, мол, вот ты, Андрюша, рыбак, а был такой апостол,
тоже Андрей и тоже рыбак. Так его Христос первым позвал, потому он и
первозванный. Так они с братом бросили все и пошли за Спасителем. Муж,
отгрызая леску: "И что, он все, значит, бросил? Э-э, да он не рыбак
был!"