Рассказала подруга, каждый год приезжающая из Германии на родину в Беларусь на лето. Беларусская таможня на въезд, таможенники, подозревающие всех в контрабанде и желании подкосить стабильность синеокой лишней бутылкой ввезенного пива. Очередь доходит до мальчика лет четырех, таможенник привычно интересуется у очередного кандидата в террористы: оружие, наркотики, алкоголь? Мальчик на секунду задумывается и говорит: есть пистолет, потом задумывается еще на пару секунд и добавляет - и танк.
Залетела на кухню муха. Причём как не понятно, на окнах по всей квартире сетки. Жена терпеть не может когда у нас "летуны" появляются, аж до трясучки доходит. Ну и эта муха, своим долгим кружением перед носом вывела её из себя. Скрутила она газету и начала "охоту". Уж не помню сколько она выжидала, но таки дождалась. Муха села в "зоне поражения". Удар был страшен. Как говорится, хоронить уже было нечего. Жена садится рядом на стул, похлопывает газетой по руке, и обводя взглядом кухню, задумчиво так говорит: "Тут где-то была вторая!" И тут её взгляд останавливается на мне! Ответ родился сам собой, и смею заверить мгновенно: "А я что, сижу не жужжу!"
Несколько месяцев назад мужу поставили титановый сустав на второе колено (киборг он у меня).
Перед операцией состоялась встреча с анестезиологом. Я, как водится, сопровождала любимого, а заодно переводила - по мере сил, поскольку сфера беседы ооочень далека от моей профессиональной. Опросник был весьма обширный, в конце концов добрались и до проблем со сном.
- Во сколько ложитесь? Сколько раз просыпаетесь за ночь? Почему просыпаетесь? Легко ли засыпаете? Храпите ли во сне?
Последний вопрос муж переадресовывает мне. Дескать, со стороны виднее слышнее.
- Не знаю, - честно отвечаю я. - Я обычно засыпаю раньше и не слышу, храпит ли он.
Муж в этот момент язвительно вставляет полушёпотом:
- Зато я слышу, как храпишь ты! Ты-то и не даёшь мне нормально спать!
- Ах, так это я виновата?! Может, и суставы тоже я тебе попортила?!
- Неужели никогда не случается, что раньше засыпает Ваш муж? - не отступает доктор, не обращая внимания на нашу мимолетную перепалку.
- Нну, бывает - если я прихожу, когда он уже спит.
- И что? Тогда Вы всё же слышите, что он храпит? - гнёт свою линию спец.
- Ну, да, - вынуждена констатировать я. - Слышу.
- И что вы предпринимаете, чтобы прекратить его храп?
- О, это просто: я вынимаю слуховые аппараты. На ночь, знаете ли, их надо класть в специальную коробочку. Чтобы батарейки не разряжались.
Автобус отъезжает от остановки, мужчина в возрасте долго бежит за автобусом, машет руками, тут водитель сжалился, останавливается и открывает заднюю дверь. Мужчина запрыгивает на заднюю площадку, от пыли поднятой автобусом, резко чихает и от неожиданности громко пукает. Ему становится неловко, он выпрыгивает из автобуса. Голос с передней площадки: - И для ЭТОГО мы его ждали?
Оказалось, что нигде в наших российских законах не написано, что документы должны составляться на бумаге, а не на любых других материалах. Вот и смеялся весь город над конфликтом некоего предпринимателя с банком. Что именно они не поделили, я не знаю. Говорили о каких-то несправедливых комиссионных платежах, о какой-то плате за обслуживание счета... Но это материи тонкие и юридические.
Достоверно же известно вот что. Когда предприниматель (далее - П) обратился для разрешения конфликта в банк, ехидные работники банка заявили: "Пишите претензию, мы ее будем 60 дней рассматривать и потом все равно откажем". П удалился из офиса, бросив на прощание: "Сами напросились". Банкиры не учли, что П является монополистом в деле поставки тесаного камня для памятников, фундаментов и прочего. Вот П и выставил банку требуемую претензию. Тихим воскресным вечером на тяжелом грузовике претензию провезли по городу. Возле запертого офиса банка претензия была бережно выгружена двумя тяжелыми кранами и установлена на крылечке. А утром оказалось, что претензия немножко мешает работникам банка попасть в офис. Хотя вообще-то претензия была весьма скромной. Строгая плита серого гранита, массой каких-то 12 тонн. На плите по всей форме была выбита претензия к банку. Со всеми реквизитами, включая адрес П для ответа. Разумеется, банк не оставил дело так. Оставшиеся без офиса работники банка вызвали милицию.
Внимательно изучив претензию, милиционеры пояснили, что тут нет никакого преступления, а налицо гражданско-правовые отношения. После чего посоветовали банку решать вопрос с П в суде общей юрисдикции и уехали восвояси. А претензия осталась. Банк попытался самостоятельно убрать претензию. Увы, П оказался единственным счастливым владельцем многоосного трейлера и соответствующей техники. А без трейлера вывезти претензию не представлялось возможным. Банкиры вызвали трактор и собрались зацепить претензию тросом и столкнуть хотя бы с крыльца на улицу. Претензионную работу остановили проезжавшие мимо милиционеры, пояснившие, что захламлять проезжую часть претензиями нельзя. Бедным работникам банка пришлось проникать на рабочее место через окна. Клиенты банка вежливо отказались и предпочли пойти в другие банки. На следующий день судья районного суда, выслушав жалобу банка, отказалась в порядке обеспечительной меры требовать от П аннулировать претензию. Более того, выяснилось,что банк не имеет права отвергнуть претензию по мотивам использования небумажных материалов, а должен переместить её в архив и рассмотреть в соответствии с собственным порядком. В результате на третий день специально нанятая банком бригада рабочих с отбойными молотками все-таки раздробила претензию до транспортабельных размеров. И в тот же день П позвонил в банк и вежливо поинтересовался результатами рассмотрения претензии. Услышав обещание П в случае проволочек выставить новую претензию, но на трех страницах, банк решил отменить для П все комиссии. Так что досудебное урегулирование - очень эффективная мера
Тибблз, кот смотрителя маяка, прибыл на островок Стивенс в Новой Зеландии в начале прошлого века.
Вскоре под дверью стали скапливаться кучи трупиков каких-то маленьких птичек.
Смотритель маяка отправил на анализ пару экземпляров и очень обрадовался, когда узнал,
что его Тибблз открыл новый вид – единственный в мире нелетающий вид
из отряда воробьиных. Но к сожалению было слишком поздно.
К тому времени, когда пришла радостная весть, Тибблз успел переловить всех до последнего представителя «Новозеландского крапивника о. Стивенс».
Это единственный случай в истории, когда одна особь истребила целый вид.